Библиотека

ПИСЬМА М. И. ЦВЕТАЕВОЙ
Часть 2
ОБОЛЕНСКОМУ А. В
Тшебово, 8-го сентября 1923 г.
Дорогой Андрей Владимирович,
Все еще вижу Ваше милое лицо на вокзале.[1]
Как мне грустно, что нам в этой сутолоке даже как следует не удалось проститься! Это я виновата, с тростью.
Здесь хорошо, но столько чужого (чуждого) — хотя бы совместное жительство пятисот душ (именно душ! Говорю о лагере![2] ), что я лишний раз чувствую ужас перед жизнью, ужас перед собой и желание поскорее этот неравный брак (души и жизни!) разорвать.
— Невеселые вещи для открытки?! — Но, увы: «Tout ce qui n’est pas bкte est triste — et tout ce qui n'est pas triste est bкte!»[3] Шлю Вам привет и благодарность.
МЦ.
Моравская Тшебова, 2-го января 1924 г.[4]
С Новым годом, дорогой Андреюшка,
Нашли ли портфель? Какой подарок мне надумали? Желаю Вам в 1924 г. научиться говорить: со мной одной. (С остальными не нужно!) Ходите ли на мою горку? Это моя горка! Пишу про нее стихи.[5]
Только что видалась с Вашим братом,[6] разглядев его близко убедилась, что он похож на Б. Пастернака (моего любимого поэта!). Рассказывал мне о Праге. Напишите мне два слова, вернусь около 10-го. Мой адр: Moravska Tebova, Rusky Tabor, гимназия, В. А. Богенгардту, для меня.
МЦ.
Вшеноры, 5-го января 1925 г.
Дорогой Андрей Владимирович, Сообщите, пожалуйста, Кате[7]
Paris, 19-е arr<ondissement>
8, Rue Rouvet
Он у нее был, и она его, с записной книжкой, потеряла. Не могу представить себе, чтобы Катя к Вам в Париже не зашла, — думаю, что она даже остановится у Вас.[8]
Ольга Елисеевна[9] писала мне о вашей необыкновенной встрече, — как по-писаному! как в романе! Князь-маляр и жена бывшего министра.
Слышала о Вашей сравнительной удаче, из других ремесл это пожалуй не худшее, — вспомните Тома Сойера и его стену (если когда-нибудь читали).[10]
________
Много пишу. В январском № «Воли России» будет мой стих — длинный[11] — возьмите у ОЕи прочтите. У нее же можете достать мою прозу «Вольный проезд» («СоврЗап» кн 21) и «Чердачное» в рождеств№ « =>